Значение сатирических журналов Новикова



Сатирические журналы Новикова, несомненно, принадлежат к числу замечательнейших явлений нашей литературы XVIII в. Добролюбов в статье «Русская сатира в век Екатерины» с большим одобрением выделял новиковские журналы из всех сатирических листков 1769—1774 гг. И в настоящее время, пи­сал он, «недостатки прошлого положения дел не представлены в столь резких и живых картинах, как в сатире Новикова...». Вместе с тем Добролюбов, как уже указывалось, спра­ведливо подчеркивал весьма малое влияние, которое оказала са­тирическая журналистика на фактическое положение дел в стране. Не только крепостничество и деспотическое самодержавие, но и такие сопровождавшие их, более частные явления, как неправо­судие, взяточничество, рабское подражание всему французскому, продолжали преспокойно существовать, несмотря на самые ярост­ные их обличения на страницах сатирических журналов. Крайне ограниченные возможности своей сатиры с горечью ощущал и сам Новиков. Ограничена была новиковская сатира и в своей об­личительной силе. Так, подымаясь до сознания зла крепостниче­ства, сатира «Трутня» и «Живописца» не подымалась до поста­новки вопроса о необходимости народного восстания. В этом отно­шении весьма показательно, что даже в наиболее резком и далеко идущем антикрепостническом произведении новиковских журна­лов — «Отрывке из путешествия в ***» — крестьяне лишены ка­ких бы то ни было бунтарских стремлений. Этим сатира новиков­ских журналов существенно отличается от радищевского «Путе­шествия из Петербурга в Москву». Тем не менее очень большое историко-общественное значение новиковской сатиры не подлежит никакому сомнению. В полемике «Трутня» со «Всякой всячиной» власть и передовая литература впервые встретились как две про­тивоположные, даже больше того-, противопоставленные друг другу силы. В журналах Новикова, недаром пришедшихся «по вкусу» «мещанам» и вообще «людям третьего рода», зазвучал в нашей литературе голос демократической общественности. Осо­бенно значительным в сатирической деятельности Новикова была постановка им на страницах своих изданий центральной про­блемы русской жизни того времени — вопроса о крепостном праве. Наконец, вслед за Ломоносовым, журналы Новикова бо­ролись за отечественную культуру, за национальное самосознание русского общества.

Очень велико и историко-литературное значение сатиры новиковских журналов. Прежде всего поражает небывалое жанровое разнообразие новиковской сатиры. Мы сталкиваемся здесь с ог­ромным количеством самых различных сатирических видов и форм. Многие из них были созданы или блестяще разработаны Новиковым и затем прочно вошли в обиход всей нашей последу­ющей журнально-сатирической литературы, вплоть до сатириче­ских листков 1905 г., ряд которых не случайно заимствовал свои названия у сатирических изданий XVIII в. Мы встречаем в жур­налах Новикова формы сатирической новеллы и очерка, сатири­ческого путешествия, сатирического разговора, сатирического письма, в особености письма в редакцию, сатирического врачеб­ного рецепта, сатирического газетного объявления («подряда») и корреспонденции («ведомостей»), сатирического документа (копия с помещичьего указа и т. п.), сатирического словесного пор­трета и сатирической же подписи к нему, сатирической «кар­тины», сатирического словаря и т. д. Исключительной виртуоз­ности достигает Новиков в разработке и использовании эзопов­ского языка, дававшего возможность проводить через цензуру смелые политические намеки и выпады. Замечательной разра­ботки достигает язык сатирических персонажей журналов Нови­кова, представляя в этом отношении значительный шаг вперед от прозы первых комедий Сумарокова и непосредственно подходя к языку комедий Фонвизина.

Особенно ценно то, что все только что перечисленные разно­образные литературные формы и виды новиковской сатиры на­полняются реально-жизненным, а не литературно-заимствован­ным содержанием. Причем сатирик стремится дать «действитель­ную живопись» — показать жизнь такой, как она есть, сколь бы ни был суров этот показ, как бы ни ранил он душу: «С великим со­дроганием чувствительного сердца начинаю я описывать некото­рые села, деревни и помещиков их. Удалитесь от меня ласкатель­ство и пристрастие, низкие свойства подлых душ: истина пером моим руководствует!» — восклицает автор «Отрывка путешествия в ***», прямо предваряя здесь пафос радищевского «Путешествия» из Петербурга в Москву». В изображении жизни и особенно в обрисовке человеческих характеров сатира журналов Новикова во многом остается еще под властью традиционных схем, свой­ственных поэтике классицизма: всякого рода Кривосудам, Безрас- судам, Чужехватам, Криводушиным, Змеянам противопоставлены Правдулюбовы, Чистосердовы, Любомудровы. Однако в лучших достижениях сатиры новиковских журналов, таких, как копии с крестьянских отписок, как «Отрывок путешествия в ***», как «Письма к Фалалею», мы оказываемся уже за пределами подоб­ного упрощенного схематизма. Здесь перед нами — первые побеги последующего критического реализма, которые получат дальней­шее замечательное развитие под пером Фонвизина и Радищева.

Жизненность ряда тем и объектов новиковской сатиры совер­шенно очевидна, поскольку из сатирической галереи персонажей и образов новиковских журналов обильно черпают наши позд­нейшие писатели-сатирики. Прежде всего сатира новиковских журналов непосредственно подводит нас к «Недорослю» Фонви­зина и к «Путешествию из Петербурга в Москву» Радищева. Ряд сатирических мотивов «Горя от ума» Грибоедова также прямо восходит к журналам Новикова. Несомненно, например, что знаменитый грибоедовский «французик из Бордо» непосред­ственно подсказан следующим сатирическим «известием» «Тру­тня»: «На сих днях в здешний порт прибыл из Бордо корабль; на нем, кроме самых модных товаров, привезены 24 француза, сказывающие о себе, что все они бароны, шевалье, маркизы и графы... Многие из них в превеликой ссоре с парижской поли­цией... и ради того приехали они сюда и намерены поступить в должности учителей и гофмейстеров молодых благородных людей. Любезные сограждане, спешите нанимать сих чужестран­цев для воспитания ваших детей. Поручайте немедленно буду­щую подпору государства сим побродягам и думайте, что вы исполнили долг родительский, когда наняли в учители французов, не узнав прежде пи звания их, ни поведения».

Карикатурный жаргон щеголей и щеголих — эта «смесь фран­цузского с нижегородским»,— который вслед за Сумароковым и «Бригадиром» Фонвизина ядовито высмеивается в сатирических журналах Новикова, будет развит в сатире Крылова; его же вос­произведет несколько позднее И. П. Мятлев в «Сенсациях и заме­чаниях госпожи Курдюковой за границей, дан л'этранже». Об­разы французов-гувернеров в «Дубровском» и «Капитанской дочке» Пушкина заставляют вспомнить мастеров «волосоподвивательной науки» из «Кошелька» и других новиковских журналов. Деревня Разореная, несомненно, послужила в какой-то мере лите­ратурным прообразом не только пушкинского села Горюхина, но и некрасовских деревень «Горелово, Неелово, Неурожайка тож». Наоборот, на «благонамеренную сатиру» Екатерины II опирается в своем пресловутом «Иване Выжигине» Ф. Булгарин.

Если домашнее задание на тему: " Значение сатирических журналов НовиковаШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.