Взлеты и успехи творчества Александра Неверова



Пожалуй, еще показательнее для понимания своеобра­зия общественно-литературной жизни той эпохи искания и творческие успехи Александра Сергеевича Неверова (1886—1923). Он одним из первых сумел художественно запечатлеть те перемены, которые происходили в обновлен­ной революцией деревне. Но произошло это не сразу. В 1918 году, в условиях обострившейся классовой борьбы, Неверов испытал колебания, связанные с эсеровским влиянием. Утопические надежды на Учредительное собра­ние и возможность всеобщего примирения, призывы к христианской кротости сочетаются в эту трудную для писателя пору с настроениями безысходности и полного отчаяния. Своеобразное художественное отражение эти мысли и чувства нашли в рассказе «Крест на горе» (1918).

Однако уже в начале 1919 года в политической позиции и творчестве Неверова происходит решительный перелом. Возглавив в Самаре литературный отдел журнала «Крас­ная Армия», он печатает здесь и в других периодических изданиях свои очерки, стихи, рассказы, басни, статьи. В них Неверов реалистически достоверно воспроизвел остроту классовых схваток в городе и деревне, показал формирование духовного облика людей, преодолевающих рабскую приниженность и закаляющихся в борьбе, необра­тимость революционных процессов, связанных с утвержде­нием советской власти. Характерны в этом смысле такие рассказы, как «Красноармеец Терехин» (1919), «Я хочу жить» (1919), «По-новому» (1920).

В одном из лучших рассказов этого периода «Марья-большевичка» (1921) Неверов искусно использовал форму мужицкого сказа для того, чтобы поведать массовому читателю о тех переменах, которые совершались в деревне. Писателю удалось создать выразительный, психологически достоверный образ русской крестьянки, которая, рас­прямившись духовно, втягивается в мужицкие дела и, будучи избрана в Совет крестьянских депутатов, активно участвует в утверждении новой жизни.

Неверов сознательно отталкивался в своем творчестве и от пролеткультовской ограниченности, и от модной в ту пору «орнаментальной» прозы: «изощренности много, внутреннего размаха мало».

Путь Неверова, его проза этих лет — одно из убеди­тельных свидетельств того, какие возможности открывала революция перед талантливыми писателями, сумевшими занять верные идейные позиции, постигнуть реальные за­кономерности общественного развития и найти формы для их воплощения.

На фоне многочисленных произведений, страдавших схематизмом и описатёльностью, отмеченных догматизмом или фальшивым изображением революционных процессов, выгодно выделялись (помимо названных ранее) партизан­ские повести 1921-1922 годов В. В. Иванова, очерки и рассказы Н. Ляшко, И. М. Касаткина, С. П. Подъячева и некоторых других авторов, в произведениях которых жизненно достоверно воссозданы судьбы людей, духовно преображенных революцией.

В годы Октябрьской революции и гражданской войны рядом с русской советской литературой рождаются и креп­нут литературы братских народов. Вполне естественно, что многое роднит их между собой. Порой возникают прямые переклички с наиболее яркими, характерными явлениями русской литературы. Влияние «Двенадцати» Блока можно, например, обнаружить в поэме «Босые на пожарище» М. Чарота, а новаторский опыт Маяковского отразился по- своему в стихах Г. Гуляма, Е. Чаренца, Р. Рзы и некоторых других поэтов.

Следует, однако, подчеркнуть, что общность тематики, пафоса, стиля, которая бросается в глаза, когда обраща­ешься к творчеству советских писателей, представляющих разные национальные литературы, объясняется, прежде всего, общностью тех коренных революционных преобразо­ваний, которыми была охвачена после Октября вся страна. Признание революционными художниками правды и вели­чия социалистической революции являлось почвой, по­рождавшей общность художественного мироощущения; грандиозность происходивших на глазах событий, свя­занных с самыми крутыми изломами истории, во многом определяла единство тональности, перекличку; отдельных мотивов и стилевых решений. Революционный романтизм, героический пафос, исторический оптимизм и высокая патетика роднят, например, «Левый марш» Маяковского и «Коммунистическую марсельезу» Демьяна Бедного с «Маршем свободы» (1918) Хамзы, «На майдане» (1920) П. Тычины и многими другими произведениями, на кото­рых лежит неизгладимая печать того боевого времени.

В украинской, белорусской, азербайджанской и других литературах первых послереволюционных лет можно обнаружить черты, напоминающие космизм русских поэ­тов Пролеткульта и «Кузницы».

Таким образом, наметившаяся уже в годы революции и гражданской войны общность национально-самобытных литератур народов СССР была порождена социалистиче­ской действительностью и выросла из нее.

Если домашнее задание на тему: " Взлеты и успехи творчества Александра НевероваШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.