Тема социалистического труда в литературе 30-х годов



В прозе 30-х годов ведущей становится тема социали­стического труда. Наиболее оперативным, способным удов­летворить читательские потребности в документальном отклике на происходящие события оказался жанр очерка. Расцвету этого жанра немало способствовали журналы «Наши достижения» и «Тридцать дней». В начале 30-х го­дов фактически не было такого писателя — прозаика, поэта или драматурга, который не отдал бы дань очер­ку. И в этой области тон задавал М. Горький, чьи очер­ки «По Союзу Советов» стали классикой советской лите­ратуры.

Очерки 30-х годов необыкновенно разнообразны по материалу и по жанру: путевые очерки со строительства Турксиба, поэтический репортаж с Днепростроя, литера­турные портреты передовых рабочих, колхозных активи­стов и т. п. Для многих писателей очерки явились свое­образным инструментом познания жизни. Они помогали вырабатывать стиль, обогащать язык. Работа над очерком стала той литературной школой, вне которой невозможно представить формирование творческих индивидуальностей таких разных художников, как Н. Тихонов и В. Ставский, К. Паустовский и М. Ильин, М. Шагинян и Б. Горбатов.

В 30-е годы продолжалось интенсивное развитие круп­ных прозаических жанров. В романах и повестях Ф. Пан­ферова «Бруски» (1928—1937), М. Шагинян «Гидроцен­траль» (1931), В. Катаева «Время вперед!» (1932), А. Платонова «Котлован» (1930), «Ювенильное море (Море юности)» (1934), Ф. Гладкова «Энергия» (1934— 1938), А. Малышкина «Люди из захолустья» (1938), Ю. Крымова «Танкер «Дербент» (1938) и других объ­ектом художественного исследования становятся новые формы труда и жизни рабочего класса и колхозного крестьянства. Рядом с впечатляющими картинами преобразований: индустриальные гиганты, частокол нефтяных вышек, багровые всплески пламени над домнами, колхозные нивы с рокочущими тракторами,— рядом со всем этим индустриальным пейзажем советская проза 30-х годов рисовала образ героя времени — комму­ниста, руководителя и организатора трудовых процессов, инициатора социалистического соревнования; рядового труженика, патриота и энтузиаста, чьими усилиями созда­валась, по меткому выражению Горького, «вторая приро­да». Наибольшее внимание советских писателей при этом привлекали процессы, происходившие в сознании лю­дей.

Центральный персонаж повести Ю. С. Крымова «Тан­кер «Дербент» — механик Басов — олицетворяет собой но­вую ступень в развитии социалистической личности. Высокое сознание своей ответственности перед людьми, полити­ческая зрелость, беспокойство за общее дело, неудовлетво­ренность достигнутым, дерзание, новаторство — типиче­ские черты не только Басова, но и вообще героя советской прозы 30-х годов.

Характерная черта романов и повестей этого времени: они зачастую выходили в свет одновременно, а то и раньше завершения того строительства, которое описывали,— «Соть» (1930) Л. Леонова, «День второй» (1932) И. Эренбурга и другие.

В новый этап вступает разработка темы гражданской войны и революции.

В предыдущее десятилетие усилиями советских писате­лей была создана яркая художественная летопись все­мирно-исторических событий 1917—1921 годов. Ни один сколько-нибудь значительный эпизод из истории этого времени не остался незамеченным. На этом богатом мате­риале советская литература поставила ряд важных про­блем: стихийное и сознательное в историческом процессе; образ героя времени — коммуниста; духовные и нрав­ственные ценности нового человека в новом обществе и т. п. Подавляющее большинство произведений о револю­ции и гражданской войне было создано их участниками. Живые свидетельства очевидцев, острая эмоциональная реакция на пережитое, придавая описаниям убедитель­ность, подлинность, мешали иногда правильно оценивать происшедшее и установить верный его масштаб. Участник того или иного эпизода часто был склонен преувеличивать его роль в общем ходе исторических событий, придавать слишком большое значение внешним обстоятельствам. В результате появлялись произведения, в которых при несомненных художественных достоинствах историческая перспектива независимо от воли авторов оказывалась искаженной.

Подводя итоги первого периода в развитии нашей литературы, А. Н. Толстой писал о том, что «революцию одним «нутром» не понять и не охватить. Время начать изучать революцию — художнику стать историком и мыс­лителем».

Этим путем и пошла советская литература последую­щего времени. Именно художником-мыслителем, художни­ком-историком предстал перед читателем в 30-е годы сам Толстой, автор трилогии «Хождение по мукам». Гранди­озную панораму эпохи воссоздал в «Тихом Доне» М. А. Шолохов.

События революции и гражданской войны подверглись на новом этапе развития советской литературы глубокому художественному исследованию. В результате было вы­явлено их всемирно-историческое значение как в жизни общества, так и в судьбе отдельной личности. Это обстоя­тельство не могло не повлиять и на тех писателей, которые в своих произведениях о гражданской войне не обраща­лись к философским проблемам истории.

Большим достижением прозы 30-х годов о революции и гражданской войне явились романы Н. А. Островского «Как закалялась сталь» (1934) и «Рожденные бурей» (1936). См. с. 198—206.

В 30-е годы военная тема приобрела еще один аспект — оборонный. Наша страна находилась в кольце враждебных капиталистических государств. Международная обстанов­ка была крайне напряженной. В советской литературе появились произведения, напоминавшие о бдитель­ности:

  • Чтобы, строя заводы, орудуя планами,
  • И винтовку, и сердце держать наготове…

(А. Сурков)

По-разному касались оборонной темы в своем творче­стве прозаики ГІ. П. Павленко, И. Г. Эренбург, М. Е. Коль­цов и другие. Воспитание чувства любви к Родине на славных традициях отечественной военной истории стало одной из важнейших целей и художников, работавших в историческом жанре.

Характерной особенностью литературы предвоенного десятилетия было большое количество произведений на исторические темы.

Бурный расцвет исторических жанров начался в первые же годы после революции. Тому было немало причин: новое общество нуждалось в переосмыслении истории с новых, марксистско-ленинских позиций, к изучению исто­рии побуждала генеральная установка партии в области идеологии — «коммунистом можно стать лишь тогда, ког­да обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество» стали доступны ис­следованию интереснейшие материалы в секретных архи­вах, ранее тщательно скрывавшихся царским правитель­ством.

Советская историческая наука в первые же годы своего существования добилась значительных успехов, и писате­ли могли опираться на прочный фундамент исторических знаний, добытых учеными. Были найдены интересные фор­мы содружества художников и историков. Для примера можно указать на совместную работу А. Н. Толстого и П. Е. Щеголева.

Разрабатывая в 20-х годах преимущественно истори­ко-революционный материал, наша историческая литера­тура в 30-е годы значительно расширила свой тематиче­ский диапазон («Дмитрий Донской» С. Бородина, «Чингисхан» и «Батый» В. Яна, «Петр Первый» А. Толстого).

Оценивая успехи советской литературы в историческом жанре, М. Горький в 1930 году писал: «В настоящем — превосходный роман А. Н. Толстого «Петр Первый», шелками вытканный «Разин Степан» Чапыгина, талантли­вая «Повесть о Болотникове» Георгия Шторма, два отлич­ных мастерских романа Юрия Тынянова «Кюхля» и «Смерть Вазир-Мухтара» — создан исторический роман, какого не было в литературе дореволюционной, и молодые наши художники слова получили образцы, на которых можно учиться писать о прошлом».

Важная особенность исторической прозы 30-х годов — обострившийся интерес к переломным моментам в жизни народа. К изображению их, кроме уже названных выше, обращаются: С. Н. Сергеев-Ценский («Севастопольская страда»), А. С. Новиков-Прибой («Цусима»), В. Я. Шиш­ков («Емельян Пугачев»).

Такое внимание к прошлому отнюдь не было для советских писателей формой ухода от современности. В 30-е годы советский народ переживал важный период в своей судьбе. Исторические аналогии и параллели укреп­ляли уверенность в правильности избранного пути. «Се­годняшний день, — писал А. Толстой,— понятен только тогда, когда он становится звеном сложного исторического процесса».

Характерной чертой прозы тех лет было частое обраще­ние к жизнеописаниям выдающихся исторических лиц. Так, образы народных вождей созданы в книгах «Разин Сте­пан» А. Чапыгина и «Емельян Пугачев» В. Шишкова. С позиций марксистско-ленинской идеологии в этих про­изведениях освещался важнейший вопрос о роли личности и народных масс в истории. Такой подход позволил ху­дожникам исторически достоверно, правдиво воссоздать характеры героев русской истории, указать на их огром­ное значение в освободительном движении.

В зависимости от принципов освещения и оценки исторического материала можно указать на две типологи­чески родственные группы советских писателей.

Одни (В. Ян, А. Антоновская, А. Чапыгин и другие) описывали прошлое, стремясь нарисовать его живые кар­тины и удовлетворить любознательность читателя, обога­тить его представления об описываемом периоде, возбу­дить патриотические и эстетические чувства. Эти писатели создавали, как правило, объемистые романы, содержав­шие обстоятельные художественные описания целых эпох в их политических, экономических, этнографических и других деталях, развертывали подробные биографии исто­рических лиц.

Другие (А. Толстой, Ю. Тынянов, О. Форш) шли дальше. Они, восстанавливая историю, художественными средствами исследовали человеческие характеры, помога­ли современникам понять прошлое и заглянуть в завтра.

В прозе 30-х годов были созданы монументальные произведения, тяготеющие к глубокому философскому анализу основных закономерностей истории и бытия, уви­денных глазами художников социалистического реализма, и в жанрах романа, повести, рассказа и очерка описываю­щие характерные особенности современной советской дей­ствительности.

Проза 30-х годов убедительно свидетельствует об интенсивном расширении жанрово-тематического диапа­зона советской литературы. Она дает многочисленные и яркие доказательства плодотворности метода социали­стического реализма, принятого на вооружение советскими писателями. Со всей определенностью выявилось, что этот метод не стесняет, не лимитирует высокого искусства, а, напротив, предоставляет благоприятные возможности для развития самых разных художественных дарований.

Если домашнее задание на тему: " Тема социалистического труда в литературе 30-х годовШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.