Судьба сатирического журнала — «Кошелек»



В следующем, 1774 г. Новиков предпринимает издание своего последнего сатирического жур­нала — «Кошелек». Самая возможность нового издания, начатого в разгар пугачевского восстания, видимо, была обусловлена тем, что Новиков постарался поставить журнал под непосредственное покровительство Екатерины: листы «Кошелька» через бывшего издателя «Всякой всячины» Козицкого подносились императрице. В соответствии с этим с самого начала выхода «Кошелька» са­тира его оказывается из всех трех новиковских изданий наименее «когтистой». Тем не менее и она носила политический характер. Одной из замечательных черт всей деятельности Новикова яв­ляется горячий патриотизм.

«Не тщеславие получить название сочинителя,— пишет он в предисловии к уже известному нам «Опыту исторического сло­варя о российских писателях»,— но желание оказать услугу моему отечеству к сочинению сей книги меня побудило». Желая лучше познакомить русских людей с их прошлым, Новиков пред­принимает с 1773 г. ряд трудов по русской истории, начинает ежемесячно выпускать ценное собрание исторических документов, в том числе и историко-литературных памятников, под названием «Древняя российская Вивлиофика»; издает «Древнюю россий­скую идрографию», публикует отдельно ряд исторических памят­ников. В предисловии к «Вивлиофике» Новиков пишет: «Полезно знать нравы, обычаи и сведения о своих прародителях; похвально любить и отдавать справедливость достоинствам иностранным; но стыдно презирать своих соотечественников и гнушаться оными».

В своих сатирических журналах, продолжая традицию Канте­мира и в особенности Ломоносова, Новиков решительно восстает против засорения не только нашего письменного языка, но и уст­ной речи иностранными словами, требуя «с крайнею только осторожностию употреблять иностранные речения», а «отыскивать коренные слова российские и сочинять вновь у нас не имев­шиеся».

Борьба против «французомании» была по существу борьбой против все тех же дворян-крепостников, которые, подобно ряду сатирических персонажей «Живописца», «не знали русского языка», «ненавидели Россию», чувствовали и вели себя в своих поместьях, как в «неприятельской земле». Именно эта-то борьба, которую настойчиво вел Новиков и в своих первых сатирических журналах, составляет основное сатирическое содержание «Ко­шелька». Его центральной сатирической мишенью является «ше­валье де Мансонж» (mensonge по-французски—ложь), бывший у себя на родине мастером «волосоподвивательной науки», т. е. парикмахером, но решивший отправиться в Россию, чтобы за­няться более прибыльной профессией — учителя русских дворян­ских сынков. В связи с этим находится и каламбурное название журнала «Кошельком». В XVIII в., кроме кошелька как такового, это слово обозначало и мешочек, в который укладывалась пуд­реная коса мужского парика. Название новиковского журнала имеет в виду оба эти значения. По собственным словам Нови­кова, он хотел показать своим журналом «превращение русского кошелька во французской», т. е. бессмысленную трату русских денег на модные иноземные затеи. Свой новый журнал Новиков посвящает отечеству: «Отечеству моему сие сочинение усердно посвящается».

Основной задачей журнала объявляется борьба за нацио­нально-русские начала, за национальную правду. С первой же страницы «Кошелька» французской галантерее — «ложным, фаль­шивым драгоценностям» — противопоставляются «истинные драгоценные жемчуги, предками нашими любимые»; современным «русским пприжапцам», «иесмысленным обезьянам», выстав­ляющим «себя па посмешище всея Европы», противопостав­ляются «наши праотцы», украшенные «древними великими добродетелями».

Однако особые условия, в которых Новикову приходилось вести издание «Кошелька», вынужденная близость журнала к самой Екатерине наложили на разработку этой темы некоторые явно официальные черты.

Подобно тому, как Екатерина старалась прослыть просвещен­ной монархиней, надевала она на себя и личину русской «па­триотки». Однако этот «патриотизм» был призван служить под­порой ее самодержавию. В своих якобы «патриотических» вы­ступлениях против нападок некоторых западных писателей на самодержавно-крепостническую Россию Екатерина стремилась доказать, что под ее «материнским» управлением Россия — счаст­ливейшая в мире страна, что русский крепостной крестьянин живет в исключительном довольстве и благополучии и т. п. В та­ком же свете рисовалось Екатериной и русское историческое прошлое. Совсем иным был патриотизм Новикова.

Пламенное патриотическое чувство к родной земле и к своему народу сочеталось в Новикове с резкой критикой отрицательных сторон и явлений тогдашней действительности. Его патриотизм был патриотизмом гражданским, приближавшимся к поздней­шему революционному патриотизму Радищева. Естественно, что не мог Новиков сплошь идеализировать и все русское прошлое. В первых номерах «Кошелька» (листы 3-й и 4-й) прошлое ри­суется именно в тонах такой безоговорочно официальной идеали­зации. Но удовлетвориться и ограничиться этим Новиков не за­хотел. В следующем же листе «Кошелька», вместо обещанного продолжения официально-патриотической демонстрации «великих древних добродетелей», высказывается в форме письма в редак­цию . резкое критическое отношение к реакционным явлениям допетровской старины, «когда все науки заключалися в одних святцах… когда женилися, не видав невесты своей в глаза; когда все добродетели заключалися в густоте бороды; когда за различ­ное знаменование… сожигали в срубах или из особливого благо­честия живых закапывали в землю». Напоминая обо всем этом, автор письма иронически спрашивает издателя «Кошелька», где же видит он во всем этом «древние российские добродетели?»

Правда, иронические нападки на «древние российские добро­детели» вкладываются здесь Новиковым в уста одного из щего­лей, «русского француза». Однако есть все основания думать, что это снова защитная форма и что высказывания эти отражают точку зрения самого Новикова. Во всяком случае обещанного Новиковым ответа «критику» не последовало, а с изданием «Ко­шелька» произошло совершенно то же самое, что ранее случи­лось с «Трутнем» и «Живописцем». Сейчас же за опубликова­нием письма «щеголя» журнал принял резко иное направление. В следующих же номерах была опубликована комедия в одном действии «Народное игрище», дающая изображение крепостниче­ских отношений в самых идиллических тонах (высказывалось предположение, что пьеса была написана кн. Дашковой). В де­вятом номере появляется хвалебная ода. Но все это не спасло журнала. Номер девятый стал и последним. Из всех сатирических журналов Новикова «Кошелек» оказался самым недолговечным: просуществовал всего с июля по сентябрь 1774 г. «Кошелек» был последним представителем нашей сатирической журналистики конца 60-х — начала 70-х годов. Смогли в полной мере возобно­виться дух и приемы новиковской сатиры только двадцать лет спустя, в сатирических журналах И. А. Крылова.

Если домашнее задание на тему: " Судьба сатирического журнала — «Кошелек»Школьное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.