Стюарт один из крупнейших реалистов в английской литературе



Богата тематика, широки замыслы и соответственно богаты и разнообразны средства, которыми Стюарт пользовался в трилогии — самых зрелых своих книгах. Главная заслуга его как художника в том, что он создал редкое по широте историческое полотно, сумел отразить законы, управляющие историческим процессом.

Образы действующих лиц трилогии поражают тонкостью психологического рисунка, автору удается передать суть характеров через мельчайшие черточки и в лаконичных портретах. Лаконизм — одна из типичных черт стиля Стюарта. Предельно содержательны не только главы, но часто строки, даже слова — краткие замечания, заменяющие целые страницы повествования. При конспективности изображения даже отдельные эпизоды отражают эпоху, давая ей при этом социологическое истолкование. Свои выводы Стюарт никогда не навязывает — читатель естественно воспринимает их на страницах его лучших произведений. Стремясь к объективности, писатель нигде не обнаруживает объективизма.

Сатира, столь очевидная в гротескном рисунке романа «Неподходящий англичанин», в трилогии часто опущена в подтекст. Так, характеризуя Крошку, Стюарт передает одну ее фразу, говорящую о многом; узнав о «предательстве» Локмойдарта, она заявляет: «Удивляюсь, что его величество оставляет таким людям их титулы, а честно говоря, и головы».

Всю жизнь Стюарт придавал большое значение стилю, добиваясь прозрачности и ясности. Эти качества он ценил выше всего. Стюарт отрицательно относился ко всем видам формализма и пренебрежения смыслом в литературе.

«Они упиваются словами, — как-то написал мне Стюарт, говоря о представителях «авангарда». — Что значат слова,— писал он, — если это слова ради слов, без смысла и содержания?» Его живо интересовал читатель, реакция аудитории, которая прочтет его книгу.

В романах трилогии Стюарт умело сочетал свое Пристрастие к классическому наследию в литературе (он был великолепным знатоком античной классики) со склонностью к удачно найденным метафорам.

Примеров изысканности стиля Стюарта, блеска его метафор можно привести немало, особенно из «Круглой мозаики». Так, он пишет: «Январь был незрим, как воздух». Или: «В те дни он (Ломаке) стоял у причала жизни, как корабль, которому нечего было передать, нечего было просигналить другим»; дружба Крошки и леди Локмой-дарт «была бесстрастной, как соседство на церковной скамье», и т. д.

Стюарт рано ушел из жизни, рано кончил свою деятельность писателя-прозаика. Он дал себе передышку, обратившись к созданию больших исследований. Так рождались его «Лоуренс Аравийский» (1977) и «Иностранец» (1981). Но трилогия его «Смена ролей» — одно из тех явлений мировой литературы, которое обладает непреходящей ценностью произведения большой темы, созданного мастером реализма.

То, что написано Стюартом в последние годы жизни, не воспринимается сегодня как его последнее слово. Трагическим завещанием тонкого художника и замечательного человека стала его трилогия 1965—1968 годов. Она была синтезом всего написанного им как прозаиком за 12 лет, наиболее зрелым в художественном и идейном отношении произведением писателя.

Конец Стюарта был трагичен. Фактически изгнанный из страны, которую он полюбил, и любимого города — Каира — людьми, пришедшими после смерти Насера к кормилу власти, Стюарт по-прежнему служил делу, в которое верил, помогая арабам в одной из их газет, выходивших в Лондоне. В 1981 году он принял решение на несколько дней вылететь в Каир. Какие цели он преследовал, остается пока неизвестным. Но когда было принято это решение, дни Стюарта были уже сочтены. Он летел навстречу своей смерти.

Все писатели, выступавшие в 50-х годах в Великобритании в жанре антиколониалистского романа, были убежденными противниками империализма и одного из его наиболее страшных проявлений — колониализма. Одни из них знали те страны и тех людей, о которых они писали, лучше, другие меньше, но изображение Востока — его нравов и обычаев, характеров его людей — неотделимо от задач, которые эти писатели ставили как реалисты и обличители.

В произведениях Н. Льюиса это и Лаос («Одинокий пилигрим»), и Алжир («Самара», «Зримая тьма»), и страны Латинской Америки — Гватемала («Вулканы над нами»), Куба («Малая война по заказу»), Эквадор («Бегство от темного экватора»), Боливия («Немецкое сообщество»). В книгах Стюарта это Ирак («Леопард в траве», «Неподходящий англичанин») и Египет («Люди пятницы» и трилогия «Смена ролей»).

Стюарт был чрезвычайно скромен в высказываниях о своем искусстве. В письме ко мне от 25 августа 1979 года он сказал, что долгие годы жизни на Ближнем Востоке, в частности в Египте, помогли ему глубже понять его общество и людей, а также дух изображаемого времени. «Мои характеры,— писал Стюарт,— разница в их трактовке, если сравнить меня с Н. Льюисом, даже Дэвидсоном, определяются тем, что большую часть своей жизни, в отличие от них, я жил на арабском Востоке. Багдад… Ливан… Египет… Я не вижу в арабах ничего экзотического, более того, люди Запада мне кажутся больше такими. Чаще, почти всегда, приезжая в Египет, я и думаю и говорю по-египетски. Только 10% разговоров, в которых я участвую в Египте, происходит по-английски. Я не потому пишу об арабах, что имею какую-то особую политическую точку зрения, а наоборот: мои политические взгляды сложились на основе длительного пребывания среди египетского городского населения» .

Арабский Восток в романах Стюарта — это, с одной стороны, оклик тех стран, где происходит действие, их пейзаж, нравы, обычаи, а с другой — живые люди, там родившиеся и воспитанные в его представлениях, верованиях и культуре. Живые люди, принадлежащие к разным классам общества, но в чем-то, при всем отличии и антагонизме их, похожие. Понять это чрезвычайно важно, и Стюарт дает ключ к такому пониманию.

Любопытно отметить, что англоязычная критика, говорившая о книгах Стюарта-публициста и историка — «Ранний Ислам», 1967; «Лоуренс Аравийский», 1977; «Средний Восток», 1972; «Иностранец» («Иисус Христос», 1981),— почти никогда не писала о Стюарте-художнике. И это не может удивить: в своих романах он говорил о таких фактах, которые консервативная критика предпочитала замалчивать.

Наиболее полно и глубоко портреты арабов, их жизнь, нравы, представления и религиозные убеждения были воссозданы в трилогии «Смена ролей» и, может быть, особенно в последней ее части — «Мамелюках». В «Неподходящем англичанине» и «Людях пятницы» образы революционеров, готовящих переворот 1952 года, показаны с меньшей глубиной, поскольку они и были в те годы значительно менее готовы к борьбе, чем герои «Смены ролей». Стюарт, с его глубочайшим чувством истории, это хорошо понимал и соответственно изображал.

Сегодня, когда Стюарта Уже не стало, а на Ближнем Востоке гибнут тысячи арабов, ставших жертвами бесчеловечных налетов американской авиации в союзе с Израилем, книги его продолжают жить и бороться, и то, что нарисовано Стюартом, приобретает особую политическую значимость.

Стюарт показывает в своих книгах дух, характерный для бедуина,— верность, лояльность, клановая общность, продиктованные духовным учением ислама, которое писатель глубоко изучил. Он восхищается характером бедуинов, выработанным исторически: «В их глазах высшей заслугой человека было мужество, лояльность, щедрость и отвага. Бедуина,— писал Стюарт,— еще в первые века нашей эры отличала круговая порука, дух единства перед лицом любых жизненных трудностей».

Повторяя слова Насера, сказанные ему в личной беседе, Стюарт подчеркнул, что у арабов одинаковое отношение к различным событиям исторической значимости: если что случается в одном регионе арабского мира, это волнует всех во всех точках их обитания. Надо ли подчеркивать, насколько актуально это замечание сегодня.

Вспоминается трагический эпизод из первой части трилогии: британское командование издает приказ о казни арабов, якобы виновных в бунте против английского офицера. Все как один обреченные на мучительную смерть встречают ее с необыкновенной стойкостью, принимая кару за не совершенное ими преступление; они идут на казнь, оказывая молчаливое, но от этого не менее героическое сопротивление.

Многое в трилогии Стюарта помогает понять его небольшая книга о встречах и беседах с Насером1. Стюарт был глубоко озабочен верностью изображения истории. В его трилогии все персонажи как бы локализованы во времени и пространстве. У него нет абстрактных героев. Арабы разных слоев египетского общества, нарисованные в трилогии, изображены и в повседневной жизни, и в их отношениях с европейцами-колонизаторами, и в их поведении в критические моменты исторического процесса.

У Стюарта было много друзей среди арабов и, в частности, среди египтян. Но вылет его в Каир в 1981 году, от которого его отговаривали английские друзья, оказался роковой для него ошибкой. Было много друзей, но немало и врагов, и Стюарт погиб, не сказав того, что мог еще сказать о том регионе мира, который знал столь хорошо. Сегодня, в сложнейшей обстановке на Ближнем Востоке, преступно забыть его имя и его превосходные книги, важные нам, как никогда.

Если домашнее задание на тему: " Стюарт один из крупнейших реалистов в английской литературеШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.