Советская сатира в 30-е годы



Советская сатира, как и вся художественная проза, значительно изменилась в 30-годы. Средствами комиче­ского она помогала искоренять пережитки прошлого, нравственные пороки, еще более активно содействовала формированию нового человека. Советская сатира в ее лучших образцах отличалась остротой и социально-политической направленностью. Такими были грозный смех В. Маяковского, пародийно-иронический сказ М. Зощенко, разящее памфлетное слово А. Платоно­ва, тонкое, едкое остроумие И. Ильфа и Е. Петрова, народный лукавый юмор Л. Соловьева.

Зощенко, выступая преимущественно сатириком-бытописателем, умело используя народный говор, рас­крывал подлинное нутро мещанина — пошлое и эго­истическое. Писатель необычайно ярко, то в резко иро­ническом, то в грустно-юмористическом освещении, показал, как совершается историческая ломка характе­ров, преодоление внутренних противоречий. Сатирик видел не только поразительную жизненную цепкость мещанина, его умение приспосабливаться к любым ус­ловиям, но и то, что в атмосфере социалистического общества сужались возможности существования обы­вателя. Зощенко волнуют проблемы этики, формирова­ния культуры чувств и отношений, рождения новой нравственности. Наблюдая, как попираются чинушами, волокитчиками, бюрократами честь и достоинство со­ветских людей, писатель возвышает свой голос в их защиту. Гневной отповеди он, как правило, не дает, но в предпочитаемой им грустно-иронической манере воз­никают учительные интонации, проявляется оптимисти­ческая убежденность в избавлении мира от отягощаю­щих его зол.

В творчестве М. Зощенко 30-х годов появляются новые черты и оттенки: сатирические и героические краски нераздельно сливаются; писатель совершенно отказывается не только от привычной социальной мас­ки, но и от выработанной годами сказовой манеры; автор и его герои теперь говорят вполне правильным литературным языком. Отход от сказа не был простым формальным актом, он повлек за собой полную пе­рестройку зощенковской новеллы.

В романе «Двенадцать стульев» (1928) И. Ильф и Е. Петров передали колорит заката нэповской эпохи; со страниц «Золотого теленка» (1931) веет дыханием времени, в атмосфере которого все труднее становится действовать «рыцарям» частнособственнической нажи­вы и индивидуалистического мировосприятия. Отказав­шись от схематического образа подлеца, Ильф и Пет­ров тем самым усиливают жизненно убедительное обли­чение частнособственнической психологии. Наделенный умом и житейской хваткой, Остап Бендер как вырази­тель коренных черт общества, ушедшего в прошлое, делает непоправимые глупости, отстаивает мизерные идеалы, безнадежно запутывается в жизненных вопро­сах. Социальные, а не личные или природные пороки в центре сатиры авторов «Золотого теленка».

Особое место в сатирико-юмористической литерату­ре 30-х годов принадлежит Леониду Соловьеву, автору романа «Возмутитель спокойствия» (1939), составляю­щего первую часть дилогии о Ходже Насреддине. Глав­ное действующее лицо этой книги Ходжа Насреддин — герой народного комического эпоса восточного средне­вековья. Его благородные идеалы борца за справедли­вость и счастье простого человека-труженика были удивительно созвучны эпохе социальных преобразова­ний. Неиссякаемая энергия, каскад хитроумия и ловких мистификаций Насреддина направлены не на достиже­ние личного преуспеяния, а на благо народа. Из всех бед и злоключений спасают его не физическая сила, не угроза оружием, а духовные качества: остроумие, муд­рость и доверие к людям. Именно этими волшебными ключами открывает он врата дворцов и пыточных ба­шен, двери хижин и сердца бедняков. И нет ничего в мире, что бы устояло перед ними. Творя «деятельное добро», Ходжа смехом карает зло.

В 30-е годы с бурным ростом очерково-публицистической литературы обозначилась с большей остротой, чем раньше, необходимость обогащения традиционной формы рассказа достижениями в области таких опера­тивных и мобильных жанров, как фельетон и очерк. Формы беллетризованного фельетона и новеллы полу­чили дальнейшее развитие в творчестве Ильфа и Пет­рова. В их новеллах-фельетонах пытливое исследова­ние причин многообразных отрицательных явлений жизни. При этом сатирики разоблачают преимуще­ственно новейшие модификации обывателя и бюрокра­та. Огонь их тонкой иронической насмешки сосредото­чивается на «идейном» мещанине, «выдержанном» сов- чиновнике, «барабанном» активисте. Внимание писа­телей привлекали люди, которые форму показного благочиния предпочли здравому смыслу, превратно по­нятую идею порядка — естественной целесообразности, народную инициативу подменяли мелочно взвешенной регламентацией. Такой человек потому столь дорожит набором казенных фраз, зачастую бессмысленных, что посредством их он прикрывает свое безделье. Писатели вскрывают противоречие между громким словом и ник­чемным, порой вредным занятием «героя».

В своих лучших произведениях Ильф и Петров добивались органического единства публицистических и беллетристических элементов (сами авторы в третьем томе собрания сочинений, вышедшего в 1938—1939 гг., дифференцировали свои произведения 30-х годов, одни отнеся к фельетонам, другие — к рассказам; но все обстояло сложнее: например, разделить «Веселящуюся единицу», «Человека с гусем», «Саванарыло», «Дирек­тивный бантик» и другие на публицистические и беллет­ристические можно лишь условно). Не случайно в со­временной писателям критике многие их сатирические произведения малой формы квалифицировались терми­ном «фельетон-рассказ».

В середине 30-х годов была решена труднейшая задача социалистической революции — создание основ социалистической экономики. Упрочен союз рабочего класса с крестьянством и новой интеллигенцией, вы­шедшей из народа, преданной социализму. Крепнет дружба и братское сотрудничество между социалисти­ческими нациями.

Небывалый рост национально-исторического созна­ния народных масс стал той почвой, на которой полу­чил дальнейшее развитие исторический жанр. Творче­ская мысль писателей обращается к великому прошло­му России, к историческим эпохам и историческим деятелям, олицетворявшим революционно-освободи­тельное движение народа: Разин, Болотников, Пугачев, Радищев, декабристы, революционные демократы, на­родники.

С угрозой нападения на нашу страну империалисти­ческих агрессоров, прежде всего фашистской Герма­нии, все насущней становится задача патриотического воспитания советских людей. Вот почему авторы про­изведений на исторические темы (романа и повести, исторической поэмы) все больший интерес проявляют к выдающимся государственным и военным деятелям России — Александру Невскому, Петру I, Суворову.

«Меня часто спрашивают,— говорил А. Толстой,— почему я пишу Петра? Потому что мы с вами не свали­лись с неба на равнины СССР. Чтобы воссоздать худо­жественно нашу эпоху,— ее задачи, поднимающие ра­бочие массы на борьбу и строительство, своеобразие ее классовой борьбы, человеческие характеры и прочее и прочее,— нужно взять ее во всей исторической пер­спективе. Сегодняшний день — в его законченной ха­рактеристике — понятен только тогда, когда он стано­вится звеном сложного исторического процесса».

Если домашнее задание на тему: " Советская сатира в 30-е годыШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.