Развитие искусства в начале XVIII века



В первые десятилетия XVIII в. шла черновая работа по созданию новой государственности: закладывался фундамент, воздвигались стены Рос­сийской империи: теперь можно было украшать выведенное здание, созидать парадный его фасад. Основной пафос искусства этого периода — пафос торжествующей государственности. От­сюда свойственные ему монументальность, величественность и вместе с тем пышность, предельное великолепие. Ведущую роль приобретает в это время достигающая замечательного расцвета архитектура, по преимуществу архитектура дворцов и храмов. В созидании величественных архитектурных сооружений активно участвуют живопись и скульптура, приобретающие в силу этого главным образом декоративный характер: наружные и внутрен­ние скульптурные украшения, росписи потолков и стен — пла­фоны, панно, представляющие по большей части разработку ми­фологических сюжетов аллегорического значения. Эти живопис­ные аллегории обычно использовались и поэтами-одописцами, подчас прямо переносившими их в свои стихи. Особенно часто мы будем сталкиваться с этим в творчестве Державина. Типич­нейшим образцом искусства 30—50-х годов XVIII в. может слу­жить Большой царскосельский дворец, воздвигнутый самым вы­дающимся зодчим этого периода Растрелли-сыном, главой целой школы русских архитекторов. Грандиозные размеры дворца, ла­зурь стен, ослепительный блеск кровли из белого луженого же­леза, позолота многочисленных скульптурных украшений, бесчис­ленные зеркала, бесконечная анфилада роскошных зал — все это создавало зрелище сказочной пышности, те царственные чер­тоги — жилище «земных богов», — которые будут неоднократно воспеты Ломоносовым, Державиным, Пушкиным.

Чертами декоративной торжественности отмечена и портрет­ная живопись 30—50-х годов, прославляющая в образах импера­торов и императриц носителей высшего государственного могу­щества. Их образы рисуются в аспекте сперва грозной и мощной властности (портрет императрицы Анны Ивановны художника Л. Каравакка, еще напоминающий «парсуну»), затем величавой благожелательности и улыбчатого царственного великолепия (бо­лее поздние и уже вполне светские портреты Елизаветы худож­ников Г. Гроота и Луи Токе). Именно эти портреты, сочетающие пышность и торжественность с условным жеманством и каприз­ной изысканностью, характерны для живописного стиля этого времени — периода победоносных войн, «просвещенного абсолю­тизма» и вместе с тем эпохи румян и белил, мушек и пудре­ных париков, менуэтов и пасторалей. Несомненна связь между торжественно-декоративной портретной живописью и одописью середины века.

В творчестве таких замечательных русских мастеров, как А. П. Антропов, как Иван Аргунов — один из членов крепостной семьи Аргуновых, давшей ряд талантливых художников и архитекторов,— проявляются подчас тенденции к опрощению портрета — приданию ему большей правдивости изображения, В какой-то степени эти реалистические тенденции можно соот­нести с аналогичными стремлениями, дающими себя знать в са­тирических жанрах поэзии этого периода (Кантемир, отчасти Сумароков).

Такой же характер, как архитектура и живопись, носит в это время и музыка. Ведущим Музыкальным жанром является так называемая «серьезная опера», которая, по словам теоретиков того времени, кроме «богов и храбрых героев, никому на театре быть не позволяет. Все в ней есть знатно, великолепно и удиви­тельно». Постановки «серьезных опер», в основе которых лежал мифологический либо легендарно-исторический (античный или восточный) сюжет, отличались пышной декоративностью, изоби­ловали всякого рода сценическими эффектами, сопровождались роскошными балетами. Кроме «серьезных опер», по времени даже предваряя их, заезжими итальянскими оперными труппами куль­тивировался жанр музыкальных интермедий — небольших музы­кальных сценок комического содержания. «Серьезная опера» близко примыкала к жанру «классической» трагедии. Помпезная торжественность ее постановок перекликалась с высокими жан­рами поэзии середины XVIII в. (ода, эпическая поэма). В про­тивоположность этому музыкальные интермедии также перекли­кались с реалистическими тенденциями классицизма, проявляв­шимися в жанрах сатиры и комедии. При дворе был организован большой оркестр, позднее — хор; устраивались регулярные кон­церты. В 1730 г. впервые печатается литературно-музыкальное произведение — кантата Тредиаковского «На восшествие на пре­стол Анны Иоанновны», положенная на музыку неизвестным ком­позитором. Увлечение музыкой широко распространяется в кругах дворянской знати; в домах вельмож заводятся оркестры из кре­постных музыкантов, в том числе возникшие именно в России знаменитые роговые оркестры, представлявшие собой род живого органа и неоднократно воспевавшиеся поэтами XVIII в. Начинает развиваться и светская вокальная лирика. Державин позднее прямо называл это время «веком песен». В рукописных сборни­ках этой поры среди светских, чаще всего любовно-лирических кантов появляются первые записи русских народных песен, инте­рес к которым культивировался при дворе! Жанр любовных пе­сен, подчас также в народном духе, получает широкое распро­странение и в поэзии этого времени, в особенности в творчестве Сумарокова и его многочисленных учеников. В свою очередь кладутся на музыку произведения ряда наших поэтов. Так, в сбор­никах рукописных кантов, тексты которых в большинстве своем принадлежат неизвестным авторам, попадаются произведения Тредиаковского, Ломоносова. Способный дилетант, сын истопника Г. Н. Теплев, получивший образование в школе Феофана Прокоповича, впоследствии видный сановник, положил на музыку любовные песни Сумарокова и др. Переложения Теплова были напечатаны им в 1759 г. в сборнике «Между делом без­делье, или собрание разных песен» и получили большую по­пулярность, явившись первыми образцами нового музыкального жанра песни-романса, усиленно затем разрабатывавшегося в музыке и поэзии XVIII века.

Если домашнее задание на тему: " Развитие искусства в начале XVIII векаШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.