Пьеса «Песня в бокале»



Сказочно-фантастическая история легла в основу од­ной из первых пьес И. Кочерги — романтической драмы «Песня в бокале». Недаром пьеса на театральной афише была названа «Легендой о песне». Все тут и в самом деле овеяно легендой: и замысел, и герои, и коллизии, и дей­ствие (события совершаются в средневековом городе Ротштейне). И речь героев — приподнятая, поэтичная, исполненная лиризма, подчас усложненная, даже туман­ная, особенно речь часовщика Карфункеля (этим име­нем автор впоследствии назвал одного из центральных персонажей и своей широко известной драмы «Мастера времени»).

В драме «Песня в бокале» много неожиданного, зага­дочного, таинственного, начиная с истории поисков вол­шебной песни, записанной на пергаменте и укрытой в драгоценной чаше, замурованной в стене городской ра­туши. Странствующий мастер, часовщик Рорберт Вестиниус взялся починить часы на башне ратуши. Он выпол­нил свою работу.

Освобожденный из темницы дочерью бургомистра Гортензией, Норберт становится свидетелем бунта ремес­ленников, восставших против произвола патрициев. Он захвачен песней, какую пели бунтари, пафосом их борь­бы, — и новоявленный князь дарует городу независи­мость.

В этой ранней пьесе И. Кочерги немало противоречивых тенденций. С одной стороны — в ней упоминаются Советы рабочих депутатов (очевидно, под влиянием со­бытий 1905 года), с другой — горожане получают сво­боду из рук феодала. Справедливо обличая бюргерскую тупость и жадность, драматург представляет нового вла­стелина города, князя Норберта, воплощением всех доб­родетелей. Хотел ли того автор или нет, но получается, что как бы феодальная реставрация и принесла буржу­азному городу мир, согласие, свободу. Не явилось ли это определенной идеализацией феодальной добродетель­ности, нравственности? Такой вопрос невольно напраши­вается после прочтения драмы.

Правда, этот мотив не является в пьесе главным. Основная идея произведения заключается в прославлении поэтического начала жизни, в воспевании могущест­венной власти над человеком всего высокого и прекрас­ного, в утверждении гуманистических идеалов, патриоти­ческих чувств. Может быть, эта идея прямо и непосред­ственно не вытекает из сюжетных обстоятельств и дра­матических ситуаций, но именно она и составляет пафос поэтической драмы.

В ней, как это и присуще традиционно-романтиче­ским произведениям, участвуют стихийные силы, такие, как гроза, гром, молния, буря, порывы ветра… В по­строении драмы слышатся подчас отзвуки шекспиров­ских мотивов. Например, заставляет вспомнить о пьесе «Много шуму из ничего» сцена ночных сторожей с над­смотрщиком Верходуем, тоже весьма диковинным персо­нажем, личностью просвещенной, человеком, влюбленным в поэзию. Поэтическая символика, какая впослед­ствии стала главным художественным средством у дра­матурга, ведет свое начало именно отсюда, от этой ран­ней пьесы Ивана Кочерги. Она проявляется и в драма­тических событиях, и в репликах героев, даже в автор­ских ремарках. Сколько, например, символических наме­ков в монологе главного героя драмы, когда Норберт связывает свою судьбу с городской ратушей: он жил в ее башне, бывал на пирах в праздничном зале, а потом по­пал в подземелье, чтобы благодаря этому занять наи­почетнейшее место в городе. Неизменное символическое опосредование происходящего становится эстетической природой произведения. В драме И. Кочерги все так при­чудливо и странно, что вообще может быть воспринято как фантастический сон Норберта.

Причудливо комедийным является и содержание сле­дующей пьесы — «Фея горького миндаля». Действие ее развертывается на основе забавного сюжетного хода — каприза молодого графа Бжостовского. Он, видите ли, ищет какое-то небывалое печенье, незабываемый аромат которого сопутствует ему всю жизнь, с самого детства. А этим удивительным лакомством оказываются простые пшеничные коржики, которые испекла мать крепостной девушки Мокрины. Они-то и показались наивкуснейши­ми лакомствами ясновельможному графу, избалованно­му разнообразными яствами и разносолами. Так форми­руется фабула комедии.

Идея произведения раскрывается непосредственно в сюжетных обстоятельствах, в диалогах действующих лиц. Ведь лакомство, каким, в конце концов, удовольство­вался молодой повеса, было «таким простым и свежим, словно аромат ветерка в чистом поле». И где бы ни странствовал герой, что бы он ни ел, всегда вспомина­лось ему-то чудесное печенье, какое довелось испробо­вать в детстве среди приволья украинских полей и сте­пей.

Комедия своими образами, коллизиями и событиями зовет оставаться верными народным обычаям и тради­циям. Таков внутренний смысл этого произведения, выте­кающий из подчеркнуто комических ситуаций, в центре которых — образ либеральничающего графа-крепостни­ка. Именно встреча графа с сироткой Лесей в нежинской кондитерской, ощущение привкуса горького миндаля еще сильнее обостряет стремление Бжостовского найти если не самое печение, то хотя бы рецепт его приготовления.

Идейная направленность пьесы воплощена в образе Леси, которая хочет выкупить из неволи нареченного Мокрины — крепостного Явтуха. Героиня недвусмысленно раскрывает социальную природу крепостничества, реши­тельно выступает против барского произвола: «Так вот что творится за спиною у этого графа, который ищет по всему свету каких-то невиданных лакомств, неиспробованных утех, — гневно говорит Леся Мокрине. — Изде­вательства, насилия, пытки, торговля девичьим телом…»

Пьеса при всей прогрессивности ее замысла не ли­шена изъянов. Прежде всего — идеализация образа Бжостовского. В финале он предстает столь мягким, сердо­больным, что это никак не вяжется с социальной сущностью образа героя. Автор заставляет графа «переро­диться». В комедии возникают и не раз уже использован­ные мотивы. Судьба сиротки Леси явно напоминает судь­бы многочисленных сказочных Золушек. Путаница с ре­цептами редкостного печенья тоже довольно привычный комедийный прием.

Но привлекает в пьесе речевое богатство: тут и много­образие народного говора, и характерные высказывания польского пана, и мещанский жаргон, и канцелярские словечки, обороты — индивидуализированная речь пред­ставителей разных социальных прослоек.

Сложные и запутанные сюжетные перипетии с фамильным алмазом княгини Вилькомирской легли в осно­ву пьесы «Алмазный жернов». Редкостный драгоценный камень в 123 карата, который исчез во время нападения гайдамаков на имение княгини, должна, во что бы то ни стало разыскать деревенская девушка Стася. От этого зависит спасение ее нареченного — мужественного гайда­мацкого повстанца Василя Хмарного. Вокруг поисков уникального камня, что носит название «алмазный жер­нов», развертываются напряженные события, в какие во­влечено множество действующих лиц. Происходят различные трагические и трагикомические приключения, от­крывается широкая панорама исторических событий.

История с алмазом в пьесе не становится самоцелью. Она лишь позволяет слить в единое целое судьбу народ­ную (восстание гайдамаков) и судьбы людские (драма Хмарного, Стаей, Леи, Цвикловица), дает возможность воссоздать обстановку времен Колиивщины, рассказать о произволе и притеснениях со стороны шляхты, о свое­волии кодненских экзекуторов, о страданиях и вольно­любии народных масс.

Слабые стороны пьесы связаны не с развитием и ха­рактером самой драматургической интриги, а с автор­ской оценкой некоторых из действующих лиц (судьи Дуб­ровского), с недостаточной разработкой народных обра­зов, с самим выбором момента восстания. Драматург почему-то показал только финал восстания, когда гайда­маки были уже разгромлены, и это, естественно, не дало возможности действенно раскрыть пафос народного по­двига. К тому же еще центральный герой, который дол­жен воплощать силу народную, — Василь Хмарный — предстает главным образом в роли узника, когда, есте­ственно, действия человека ограничены. Лишь в конце пьесы видим мы Василя на воле, и это дает ему воз­можность расправить свои богатырские плечи. Драма­тургу все же удалось передать героический дух трудовых людей. Персонажи драмы И. Кочерги своим рыцарским бесстрашием напоминают легендарных гайдамаков из драмы «Савва Чалый» И. Карпенко-Карого.

Василь Хмарный, оплакивая гибель своей невесты, мерно определяет сущность событий: Стася погибла «в поисках правды». Эта, правда выражена в гордых словах народного бунтаря, обладающего хмурым именем и светлой душой. «И хоть не быстро мелют наши мельницы, да зато упорно, — говорит Василь судье Дуб­ровскому. — И придет день, когда жернова их, твердые как алмаз, раздробят и царские короны, и ваше могуще­ство, и силу. И жить станут холопы на своей собственной украинской земле».

Таковы те «алмазные жернова», что имеет в виду ав­тор пьесы. Драгоценный фамильный камень княгини Нилькомирской — лишь сюжетное опосредствование основной идеи произведения.

Если домашнее задание на тему: " Пьеса «Песня в бокале»Школьное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.