Народ в «Путешествии». Образы русской действительности в книге Радищева



Народ, крестьянство привлекает к себе особенно в сочувственное внимание и Радищева-художника.

В такой же мере, как книга Радищева богата про­блемами, насыщена она образами русской действительности. В «Путешествии» перед нами проходят представители почти всех «чинов» и состояний и самых различных профессий русского об­щества того времени: цари, вельможи, придворные, дворяне-по­мещики (наследственные и вышедшие «из самого низкого со­стояния»), крупные и мелкие чиновники, купцы, мещане, семи­наристы, монахи.

Но чаще всего и всего любовнее показывает Радищев образы людей из народа, рисует картины жизни и быта крестьянства. В главе «Любани» дается изображение бодрого крестьянского труда. Несмотря на знойный полуденный час и праздник — воскресенье, крестьянин пашет свою ниву «с великим тщанием», «соху поворачивает с удивительною легкостью». «Нива, конечно, не господская»,— сразу догадывается путешественник. Действи­тельно, выясняется, что крестьянин все шесть дней работает на помещика, так что ему остается только воскресенье для работы на себя и на свою семью. В главе «Медное» развернута трагиче­ская судьба крепостных, продаваемых с публичного торга. В главе «Городня» рассказывается драматическая повесть крепостного ин­теллигента: его положение дворового в барской семье таково, что даже столь ужасавшая всех сдача в рекруты была для него облег­чением. В своих возражениях на екатерининский «Наказ» Сумаро­ков между прочим заявлял: «Наш низкий народ никаких благо­родных чувствий еще не имеет». Прямой полемикой с этим звучит своего рода программное заявление Карамзина о том, что «и кре­стьянки любить умеют». Радищев не только оказывается в этом вопросе на позициях, прямо противоположных Сумарокову, но и идет гораздо дальше сентиментального крепостника Карамзина. Радищев не прикрашивает действительности. В самом начале «Путешествия» им рисуется образ бурлака, после тяжкой работы «идущего в кабак, повеся голову», и возвращающегося «обагрен­ным кровью от оплеух» («София»); в главе «Медное» дана резко отрицательная фигура дворового — «раба» не только «состоя­нием», но и «духом»; в главе «Валдай» рассказывается о разврат­ных нравах местных крестьянок и т. д. Однако Радищев подчер­кивает, что виною этому «губительство неволи» и развращающий «господский пример». В то же время на ряде выразительных эпи­зодов Радищев убедительно показывает, что именно крестьянам- то и свойственны подлинные человеческие чувства. В главе «Чу­дово» раскрываются мужество и отзывчивость простых людей — лодочников и солдат, проступающие особенно резко по контрасту с холодным эгоизмом и «жестокосердием» начальника. В главе «Зайцово» демонстрируются чувства солидарности крестьян, за­ступающихся за своего товарища. В главе «Едрово» дан образ чудесной крестьянской девушки Анюты — прямое предшествие героических народных женских образов Некрасова.

С необычайным вниманием и сочувствием присматривается Радищев и к проявлениям духовной жизни народа — народному творчеству, включая в текст «Путешествия» слова хороводной песни, народные причитания, пословицы. В главе «Клин» описы­вается слепой нищий, поющий «народную песнь» среди жадно слушающей его толпы крестьян. Крестьяне вместе с певцом глу­боко переживают то, о чем он поет. В самых трогательных местах песни слезы текут по щекам певца, громко рыдают женщины в толпе, с грустной и суровой «важностью» слушают мужчины. Народные песни для Радищева—лучший путь и к пониманию национального характера, раскрывающегося в самом «голосе» — мелодии песен: «Кто знает голоса русских народных песен, тот признается, что есть в них нечто скорбь душевную означающее. Все почти голоса таковых песен суть тону мягкого.— На сем му­зыкальном расположении народного уха умей учреждать бразды правления». В песнях «найдешь образование души нашего на­рода». В свою очередь сложившийся под влиянием исторических обстоятельств национальный характер определяет пути дальней­шего развития нации. Наблюдая его проявления, по словам Радищева, многое можно решить «доселе гадательное в Истории Российской».

«Путешествие» начинается песней ямщика; заканчивается оно «Словом о Ломоносове». И эта концовка не случайна. Вышедший «из среды народныя», Ломоносов был для Радищева живым под­тверждением и залогом его надежд на будущую народную рус­скую культуру. В высшей степени характерно для самосознания Радищева, что в качестве подобного же посланца народа, также вышедшего «из среды народныя», чтобы впервые на протяжении целого столетия вещать полную и жестокую истину царю, рас­сматривал он и самого себя как автора «Путешествия» (см. сон в «Спасской Полести»).

Исключительное внимание Радищева-мыслителя и Радищева- художника к народу — крестьянству — и в особенности самый характер изображения им людей из народа были новым и чрез­вычайно значительным явлением в нашей литературе. До Ради­щева крестьянские персонажи выводились обычно в подчеркнуто карикатурном виде. Если же среди них и оказывался некий поло­жительный образ, то в развязке обычно выяснялось, что на самом деле данное лицо «благородного» происхождения. Вспомним Анюту из комической оперы М. Попова. Даже Михаил Чулков, сочувственно описывая в повести «Горькая участь» тяжкую долю крестьянина, находит нужным наименовать героя повести под­черкнуто комически — Сысой Дурносопов. Даже Фонвизин в са­тирическом «Послании к слугам моим», рисуя правдивые образы крепостных слуг, все же явно смотрит на них сверху вниз, с не­сколько барской снисходительностью.

Радищев кладет начало принципиально иному проникнутому любовью и уважением отношению к народу. Крестьяне для Радищева — олицетворение «природы», «натуры», цельности и нравственной чистоты. Противопоставляя молодой, энергичный, полный физического и душевного здоровья облик Анюты, неуто­мимой в труде, жизнерадостной и веселой в минуты досуга, бо­лезненно-изнеможенным столичным «боярынькам», Радищев ут­верждает новое народное понимание прекрасного, которое будет положено позднее Чернышевским в основу революционно-демо­кратической эстетики. Народный идеал красоты определяет и восприятие Радищевым природы. В его экономическом трактате «Описание моего владения» есть замечательный по силе художе­ственной выразительности образ колосящейся нивы: «Зри,— восстав, дух бури несется по поверхности нив, колеблет желтые злаки и оку очарованному Океан представляет белокурый, на коем зрение тем паче услаждается, что зрит тут исполнившуюся уж надежду возделывателя и совершившуюся благодать Природы на его прокормление». «Писатель-демократ,— пишет в связи с этим автор новейшего труда об эстетике Радищева Л. И. Кулакова,— первый взглянул на природу глазами миллио­нов тружеников, увидал красоту русских полей и лугов, представ­ляющих богатый урожай, и первый сказал о красоте труда, но прекрасного своей созидательной силой».

Глубокая вера Радищева в «преславный» русский народ, в его способность к великим делам, к большим историческим подвигам, вера в неиссякаемую трудовую энергию народа, в его могучие творческие силы определяет собой и исторический оптимизм «Пу­тешествия», безусловную уверенность его автора в конечном тор­жестве народного дела — победе революции.

Если домашнее задание на тему: " Народ в «Путешествии». Образы русской действительности в книге РадищеваШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.