Любовная лирика Сумарокова



Вторым особенно большим и значительным разделом поэзии Сумарокова являются любовные жанры: идиллии, эклоги, элегии, песни.

В том же 1774 г., когда вышли сатиры Сумарокова, он выпу­стил книгу «пастушьих стихов» — эклог, посвященных им «пре­красному российского народа женскому полу» и повествующих о радостях и печалях влюбленных «пастушков» и «пастушек». Одновременный выход этих двух книг наглядно отражает собой две стороны поэзии Сумарокова. Если в своих сатирических сти­хах он резко нападает на пороки злонравных, «непросвещенных» дворян,— в эклогах он стремится затушевать непримиримые про­тиворечия, которые существуют между дворянами и крестьянами, набросить некий поэтический флер на жизнь последних.

В своей эпистоле «О стихотворстве» «Сумароков предъявляет к эклогам требование естественности и «пастушьей простоты» в описании чувств и быта.

На деле эта «естественность» носит, однако, литературно- условный характер. Фарфоровый мир сумароковских пастушков и пастушек не отражает не только русской крестьянской жизни, но и какой бы то ни было реальной действительности. Однако по­добная прикрашенность отвечала интересам дворянства. Именно поэтому пастораль стала одним из популярных жанров дворян­ской поэзии XVIII века. От любовных «стенаний» и томных «вздо­хов», которыми переполнены идиллии и эклоги Сумарокова и его многочисленных учеников и продолжателей, идет прямой путь к сентиментализму карамзинской школы.

Особенно большое и видное место в любовной лирике Сумаро­кова занимают песни.

Многие песни Сумарокова носят условно-пасторальный харак­тер, большинство сбивается на форму салонного романса, но в не­которых из них сквозь манерную «пастушью простоту» и наигран­ную наивность любовных переживаний и языка пробивается подчас искреннее чувство. Поэту иногда удается заговорить под­линным языком сердца:

  • Не плачь так много, дорогая,
  • Что разлучаюсь я с тобой:
  • И без того изнемогая,
  • Едва владею я собой.
  • Ничем уже не утешаюсь,
  • Как вображу разлуки час.
  • И сил, и памяти лишаюсь,
  • Твоих, мой свет, лишаясь глаз.

Отличаются песни Сумарокова и разнообразием строфики, бо­гатством стихотворных размеров (последнему способствовало то, что многие его песни, очевидно, писались на определенную музы­кальную мелодию). Значительно сильнее, чем в любовных «вир­шах» петровского времени, сказывается в песнях Сумарокова воз­действие фольклора. Вообще надо отметить, что, несмотря на все свои дворянские предрассудки, Сумароков, выдвигающий в каче­стве своего основного принципа положение: «Естество выше ис­кусства», способен был чувствовать и ценить безыскусственную прелесть народно-поэтического творчества. В небольшой заметке «О стихотворстве камчадалов», опубликованной им в своем жур­нале «Трудолюбивая пчела» (1759) и подсказанной чтением «Опи­сания земли Камчатки» Крашенинникова, Сумароков прямо за­являет: «Природное чувствия изъяснение изо всех есть лучшее». В качестве подтверждения он приводит очень неплохо сделанное им стихотворное переложение одной народной песенки, записан­ной Крашенинниковым. Некоторые из любовных песен самого Су­марокова являются прямыми стилизациями русских народных пе­сен, например: «В роще девки гуляли, || Калина ли моя, малина ли моя»; или «солдатская» песня о разлуке с милой: «Прости, моя любезная, мой свет, прости, || Мне сказано назавтрее в поход ийти» (148). «Солдатская» песня о взятии русскими войсками в 1770 г. крепости Бендеры стилизована под народную историче­скую песню. Стилизации Сумарокова обычно носят внешний ха­рактер. Это «народность» владельца крепостных душ той эпохи, когда сама Екатерина II любила подчас рядить себя и весь свой двор в русские сарафаны. Однако для убежденного приверженца классицизма, каким был Сумароков, и это являлось выходом за строгие рамки канонической литературной теории. В течение всего XVIII в. песни Сумарокова пользовались огромной популяр­ностью. Именно ими открывались песенники Теплова, М. Чулкова. В то же время от сумароковских песен идет прямая линия к сентиментальным песням-романсам Нелединского-Мелецкого и Дмитриева.

Ряд значительных стихотворений, связанных так или иначе с любовной тематикой, попадается и в других разделах сумароковской поэзии. Таков, например, один из сонетов Сумарокова («О существа состав без образа смешенной»), написанный, как и ряд других его стихотворений, от лица женщины; стихотворение это замечательно ,как по своей весьма смелой теме, еще более острой, чем тема известного «Романса» («Под вечер осени ненаст­ной») юноши Пушкина, созданного почти шестьдесят лет спустя, так и по тому гуманному чувству, которым, несмотря на услов­ность формы, он проникнут.

В то же время область личной лирики Сумарокова не ограни­чена только любовными переживаниями. В ряде его элегий слы­шатся отголоски той общественно-политической и литературной борьбы, которую он так настойчиво и энергично вел (элегии: «Терпи, моя душа», «Отчаянье мой дух, как фурия, терзает», «Страдай, прискорбный дух»). Все эти стихотворения окрашены в весьма мрачные тона. Призывы к «просвещению», обращаемые Сумароковым к своему классу, падали на мало благодарную почву; тирания самодержавия, злоупотребления подьячих все уси­ливались; в то же время все нарастало крестьянское движение, угрожавшее самому существованию дворянства. Вот почему, в противоположность жизнеутверждающей поэзии Ломоносова, в лирике главы дворянской линии классицизма неоднократно зву­чат ноты безнадежности, бренности всех земных благ, неизбеж­ного конечного торжества смерти. С еще большей силой все это зазвучит в поэзии Хераскова и автора знаменитых стихов «На смерть князя Мещерского» — Державина небольшом и весьма популярном в свое время стихотворении Сумарокова «Часы» дан и самый мотив «гласа» бьющих часов, предвещающего неумоли­мое приближение смерти.

Если домашнее задание на тему: " Любовная лирика СумароковаШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.