Все эссе в разделе: Зарубежная литература

Гражданская позиция Грина

Во время «грязной войны», которую вели французы во Вьетнаме, Грин немедленно уехал в Индокитай. Результатом этой поездки был «Тихий американец». Через десять лет после этой поездки я, возвращаясь из Лондона, просматривала в самолете газету «Тайме» за несколько дней ноября и в одном из номеров заметила письмо Грина, адресованное редактору.

Это был протест писателя против публикации в английской печати фотографических снимков, демонстрирующих пытки, которым солдаты южновьетнамской армии подвергают патриотов Вьетконга. «Можно подумать, что это иллюстрации к книге о жизни насекомых,— возмущенно писал Грин. — Белый муравей принимает меры против муравьев красных. Но это же не муравьи, а люди! Длительное и замедленное соскальзывание западного мира к (далее…)

Парадоксы в творчестве Грина

Парадоксальны не только характеры изображаемых людей, парадоксальны положения, в которых они оказываются, повороты событий, происходящих в ходе повествования, наконец, типичные финалы гриновских книг.

Трудно забыть финал замечательного романа «Суть дела» (1948), в котором служитель церкви, старый священник Рэнк, оказывается более снисходительным к грехам, совершаемым людьми, чем лицемерная ханжа Луиза Скоби, любопытствующая, будет ли подвергнут строгой каре «на том свете» ее муж, совершивший самоубийство — смертный грех, принеся в жертву Луизе (которую он не любит) не только свою совесть, но самую жизнь.

Парадокс — это не просто излюбленное гриновское средство раскрытия жизненных явлений и людских судеб. Еще в 30-х годах это средство было органически связано, прямо (далее…)

Фольклор коренных народностей Северо-Восточной Азии и северо-западного побережья Северной Америки

У них сохранились очень своеобразные сказания о Вороне — персонаже самых разнообразных фольклорных - произведений, начиная от древнейших мифов творения и кончая бытовыми анекдотами. Ворон предстает перед нами то почитаемым родовым предком, то великим творцом земли и людей, то сказочным героем, побеждающим людоедов, то прожорливым плутом, инициатором всевозможных смешных проделок. Фантастическое и обыденное, героическое и комическое, священные предания и злые насмешки над шаманизмом переплетаются самым причудливым образом в «вороньем» эпосе.

Анализ этого наиболее древнего эпического цикла представляет большой культурно-исторический интерес. Первые жители Северной Азии принесли с собой в тундру сказания о Вороне, в котором они, вероятно, видели первопредка и демиурга. Старые культурные связи индейцев и палеоазиатов (далее…)

Характеристика романа Льюиса «Зримая тьма»

Остро обличительный роман был посвящен изображению войны в Алжире. Картина чудовищного произвола карателей, которая набросана здесь крупными и резкими мазками, чрезвычайно мрачна. Отсюда и название книги, заимствованное у Мильтона. Обстановка в Алжире на седьмом году войны, превосходно знакомая автору по личным впечатлениям, была настолько страшной, что мрак, казалось, становился не только ощутимым, но зримым, как в безднах ада, описанных великим английским поэтом XVII века. Гнев, с которым Льюис писал о бесчинствах фашиствующих палачей, о военщине, истребившей целые районы Алжира, был очевиден. Очевидно было и понимание автором того, насколько неразрывна связь между армией карателей и французскими монополиями, а этих последних — с монополистами европейскими и (далее…)

Политические убеждения Грина

Задавая Грину много вопросов, я не сочла удобным спросить его прямо, какими были его политические убеждения в тот период, когда мы встретились для того, чтобы портрет его в книге, писавшейся мной в те годы, был основан на первой информации.

Его высказывания во время бесчисленных интервью той поры, да и книги, написанные почти за сорок лет, давали, в сущности, представление о том, на какой позиции он стоял к тому времени, когда произошла наша встреча в Париже.

И все же парадоксальность взглядов и высказываний Грина на протяжении всей его большой жизни сказывалась особенно выпукло тогда и там, где вставал вопрос о его отношении к ангажированности. Я нашла один (далее…)

Комментарии к книге Льюиса «От руки брата его»

В сентябре 1967 года мне снова предстояло ехать в Англию и, конечно, встретиться с Н. Льюисом. Несмотря на несогласия и споры, переписка наша не прекращалась.

Я просила Нормана корректуру его новой книги в Москву не посылать, обещая приехать к нему в Эссекс и прочесть ее на месте. И вот мой приезд в Финчингфильд 3 октября удивительным образом совпал с получением автором первых двух экземпляров его нового романа. Он при мне распаковал бандероль, одну книгу тут же передал мне, с другой ушел в свою рабочую комнату на втором этаже дома. Его волнение мне было очень понятно. Я сама рано ушла к себе наверх.

Книгу Льюиса (далее…)

Руна о Туони

Руна о посещении Туони иногда контаминируется с руной о посещении могилы мертвого мудреца Антеро Випунена. Либо Вяйнямейнен сваливает огромные деревья, выросшие на могиле, и этим пробуждает мудрого великана и получает нужные сведения, либо его проглатывает пробудившийся Випунен. В его чреве герой строит кузницу и выковывает железный шест, которым ранит внутренности Випунена. Иногда Вяйнямейнен мастерит лодку и плавает по жилам великана. Возвращается он домой с теми запасами мудрости, которые почерпнул в чреве чудовища.

Одни представители мифологических концепций видели в образе Випунена символ горы, из которой Вяйнямейнен добывает железо и кузнечит (Э. Бовуа), или огненосной тучи, другие — образ огня или солнца, космический рычаг, производящий молнию, (далее…)

Обожествление культурного героя в мифах

Имя Локи принято сопоставлять с «огнем». Отсюда предложенная Могком31 трактовка похищения ожерелья Бризингов как похищения огня и сопоставление рассказа о поимке Локи-лосося богами с карело-финской руной о поимке Вяйнямейненом огненной рыбы.

Ян де Фриз в своей монографии «Проблема Локи» дал развернутую аргументацию гипотезы о том, что в основе образа Локи лежит «отрицательный» вариант культурного героя и озорник-трикстэр, в то время как один обнаруживает некоторые черты обожествленного культурного героя. Ян де Фриз (вслед за О. Ольриком), в частности, указывает на миф о похищении Одином меда на миф о происхождении первых людей — Аска и Эмблы.

Черты культурного героя в Одине не имеют параллелей в германском Водане, а (далее…)

Грин и его интерес к Африке

Книги, прочитанные в юности, видимо, действительно определили страстный интерес писателя к Африке, определили и другую, еще более важную страницу его биографии, о которой он здесь, в своей светлой и просторной парижской квартире, говорит мне спокойно и очень просто, как говорят об эпизоде в длительном путешествии или случайной встрече на теплоходе или в поезде... «Окончив университет в 1925 году и проработав затем несколько лет в газете «Тайме», я уехал в Африку. Именно там я и начал работать в политической разведке — «Пиайди» (Р1Б). Это тогда было для меня ново.

Я стараюсь не пропустить ничего в его рассказе, мысленно многое «ставя по местам»: вот где связываются (далее…)

Краткие комментарии к книге «Малая война по заказу»

Прочитав роман «Малая война по заказу», я была озадачена. Трудно даже подобрать точное слово, которое бы могло определить мою реакцию: тут была и досада, и даже некоторая доля раздражения. Я постаралась вытеснить книгу из памяти, оставляя разговор о ней до личной встречи с писателем. Увижу Льюиса, поговорим. Разговор получился раньше, чем я ожидала.

Не успела я в Лондоне войти в номер гостиницы, как зазвонил телефон. Вызывала загородная станция Грейт Бартфильд, и на проводе был Льюис. Зная его темперамент, я не удивилась. После нескольких вежливых фраз Льюис задал мне тот вопрос, который заставил его разыскать меня через два часа после прибытия самолета: «Вы книгу прочитали? (далее…)