Два рода бурлеска



Обязательным элементом жанра эпопеи, как он установлен теоретиками классицизма, опиравшимися здесь на античные образцы («Илиаду» Гомера и «Энеиду» Вергилия), было наличие «чудесного», непосредственное вмешательство «высших сил» в жизнь и действия героев. Это соответствовало религиозным представлениям древ­них, но оказывалось совершенно искусственным и условным в поэмах нового времени.

Уже от античности до нас дошла литературная пародия на «Илиаду» — герое-комическая поэма «Война мышей и лягушек». Смешанный жанр герое-комической поэмы и связанное с этим непочтительно-издевательское отношение к категории героиче­ского и возвышенного никак не соответствовали эстетике класси­цизма, в которой эта категория занимала столь определенное ме­сто. Поэтому не случайно в «Искусстве поэзии» Буало жанр этот еще вовсе отсутствует. Возникает он около этого же времени за пределами классицизма. В середине XVII в. (1648—1652) появи­лась поэма французского писателя Поля Скаррона «Перелицо­ванный Вергилий». Один из ранних воинствующих представите­лей третьего сословия во французской литературе, Скаррон в этой поэме последовательно и остроумно высмеивает «высокие» формы поэзии классицизма. Его «Перелицованный Вергилий» — шутовской пересказ-пародия на нарочито сниженном языке «Эне­иды» Вергилия — одного из наиболее почитаемых литературных образцов в «Искусстве поэзии» Буало. Пародия Скаррона приоб­рела исключительную популярность, явилась основоположницей стиля так называемого бурлеска (от итальянского burla — шутка). В «Искусстве поэзии» Буало резко выступил против бурлеска. Он решил противопоставить все растущей популярности травестированной «Энеиды» Скаррона свой «новый род бурлеска». В 1674 г. он пишет герое-комическую поэму «Налой». «Налой» построен по принципу, противоположному литературно-художественной и вме­сте с тем социальной направленности «перелицовок» Скаррона. Последний снижал высокое; Буало основывает комический эффект создаваемого им нового жанра на пародийном возвыше­нии низкого. Он берет незначительное происшествие (ссора ме­жду казначеем и певчим одной провинциальной церкви по во­просу о том, где стоять церковному столу — налою) и повествует о нем стилем героической поэмы. «В мои намерения,— пишет он в предисловии к «Налою»,— входило создать на нашем языке новый род бурлеска, ибо вместо того, чтобы, как в прежнем бур­леске, Дидона и Эней говорили, подобно селедочницам и крюч­никам, здесь часовщица и часовщик говорят, подобно Дидоне и Энею». Скаррон высмеивал аристократических богов и героев, Буало издевался над рядовыми, маленькими людьми, которые претендовали на роль героев. В поэтике русского классицизма жанр «ирои-комической поэмы» в силу особых условий русского исторического развития (слабость русской буржуазии) не воспри­нимался в той его заостренно-полемической противоположности скарроновскому типу бурлеска, с какой он был декретирован Буало. Тредиаковский в своей «Эпистоле к Аполлину» 1735 г., наряду с вождями французского классицизма Корнелем, Раси­ном, Буало, Мольером, сочувственно упоминает и Скаррона («Был Виргилия Скаррон осмеять шутливый»), Сумароков же в «Эпистоле о стихотворстве» прямо узаконивает оба рода бур­леска в качестве двух совершенно равноправных жанров, причем даже ставит на первое место именно поэму типа Скаррона:

  • Еще есть склад смешных геройческих поэм,
  • И нечто помянуть хочу я и о нем:
  • Он в подлу женщину Дидону превращает.
  • Или нам бурлака Енеем представляет.
  • Являя рыцарьми буянов, забияк
  • И так таких поэм шутливых склад двояк.

И затем Сумароков формулирует основные стилевые принципы обоих родов «шутливых поэм». В первом «складе»: «Стихи, владеющи высокими делами... пишутся пренизкими словами». .Во втором «складе»: «Надобно, чтоб муза подала высокие слова на низкие дела». Дальше упоминания жанра и теоретических фор­мулировок сам Сумароков, однако, не пошел. Жанра «смешной геройческой поэмы» мы у него не находим, хотя самый принцип «скарронизма» — снижающей пародийной перелицовки — был ему не чужд. В 1769 г. несколько своих бурлескных поэм опуб­ликовывает писатель-разночинец, литературный антагонист клас­сицизма М. Д. Чулков. Однако наиболее удавшийся и ориги­нальный образец русского бурлеска — майковский «Елисей» — создается на почве классицизма, хотя в то же время он эту почву явно подрывает изнутри.

Если домашнее задание на тему: " Два рода бурлескаШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.