Актуальность драматургии Пушкина в 1824—1825 годах



Особенную актуальность размышления Пушкина о драма­тургии и драматическом искусстве приобрели в 1824—1825 го­дах, в связи с замыслом трагедии о Годунове. К разрешению возникавших в процессе работы над трагедией вопросов Пуш­кин подходил, будучи основательно ознакомленным с послед­ними достижениями научно-теоретической и художественной мысли в этой области.

Приступая к работе Пушкин пересматривал, продумывал и расценивал все известные ему драматургические системы.

Суждения Пушкина этого времени о классицизме вообще и о французской классической драматургии в частности не остав­ляют сомнений в их глубокой принципиальности. Традиции французского классического театра неприемлемы для него по своим «жеманным правилам».

Непосредственно к периоду работы Пушкина над «Борисом Годуновым» относятся следующие суждения его о французском классическом театре: «Кто напудрил и нарумянил Мельпомену Расина и даже строгую музу старого Корнеля? Придворные Людовика XIV. Что навело холодный лоск вежливости и остро­умия на все произведения писателей 18-го столетия? Но Мильтон и Данте писали не для благо­склонной улыбки прекрасного пола». Последние слова выде­лены самим Пушкиным. Только что закончив свою трагедию, Пушкин в письме к П. А. Плетневу в марте 1826 года охарак­теризует ее направленность буквально этими же словами, под­черкивая принципиальное отличие ее и от «напудренной и нару­мяненной» Мельпомены французской классической драматургии и от произведений французской литературы XVIII века, отме­ченных придворным «холодным лоском вежливости и остро­умия»: «... в моем Борисе бранятся по-матерну на всех языках. Это трагедия не для прекрасного полу».

Уже сейчас Расин воспринимается Пушкиным как «маркиз Расин». Несколько позднее Пушкин будет говорить о «при­дворном обычае трагедии Расина».

Пушкин настаивает на полном устранении единств времени и места, стесняющих свободу драматурга и приводящих к ряду явных несообразностей: «Заговоры, изъяснения любовные, госу­дарственные совещания, празднества — все происходит в одной комнате! — Непомерная быстрота и стесненность происше­ствий». Так же решительно протестует Пушкин и против наперсников и разговоров a parte: «... наперсники a parte столь же несообразны с рассудком».

В данном случае речь идет не о критике отдельных недостат­ков драматургического творчества Корнеля или Расина, но о признании несостоятельности в новых условиях всей драма­тургической системы классицизма в целом.

Сложившаяся в определенных социально-политических усло­виях стройная и законченная система литературного классицизма явилась художественным производным этих условий. Поэтому чисто-рационалистические попытки воскрешения ее в новых исторических условиях были обречены на неудачу. Вся логика социально-исторического и художественного развития Пушкина, отвергнувшего и романтический индивидуализм художественной системы Жуковского, и социальную и историческую романтику декабристского литературного стиля, делала органически невоз­можной для него ориентацию на основные принципы художе­ственной системы классицизма.

Ограничение действия драмы пределами одного дня или су­ток в драматургической системе классицизма неизбежно приво­дило к необходимости показа характеров не в становлении и развитии, а лишь в последней, завершающей фазе этого про­цесса. Между тем, Пушкин уже в этот период стремился изо­бражать действительность, как современную, так и историче­скую в сложном и противоречивом процессе развития.

Таким образом, отрицание основ драматургической системы и поэтики классицизма являлось закономерным следствием всего идейного и художественного развития Пушкина. Наиболее зна­чительные и принципиальные положения, к каким Пушкин при­шел в результате своих раздумий о характере драматургии клас­сицизма, он обобщил в письме к Н. Н. Раевскому в 1825 году. До нас дошел лишь недописанный черновик этого письма на французском языке. Может быть письмо и не было отослано.

Основная мысль Пушкина — о «правдоподобии» и «неправ­доподобии» драмы вообще как жанра — всецело направлена против драматургической поэтики классицизма. Единство места, обусловленное стремлением обеспечить правдоподобие сцениче­ского зрелища, заставляет драматурга показывать всех лиц и все события в одном месте на протяжении всей трагедии. Это считается «правдоподобием». Но это правдоподобие в себе же самом несет и самоотрицание, ибо что может быть более не­правдоподобным, чем то обстоятельство, что актеры на под­мостках ведут себя так, как будто бы рядом с ними не суще­ствует переполненного зрителями зала.

Если домашнее задание на тему: " Актуальность драматургии Пушкина в 1824—1825 годахШкольное образование" оказалось вам полезным, то мы будем вам признательны, если вы разместите ссылку на эту статью на страничку в вашей социальной сети.